Публикации

13.07.2017

Карты, деньги, два ствола

http://forum.vashdom.ru Андрей Медведев Победу на будущих президентских выборах в Кыргызстане определят деньги, внешний фактор и административный ресурс. Такой вывод позволяет сделать опрос экспертов, непосредственно вовлеченных в выборный процесс. Причем именно в такой последовательности, по мере убывания степени влияния перечисленных «составляющих


Актуально

30.06.2017

Столкновение интересов Ирана, России, Саудовской Аравии и ОАЭ в Йемене

http://inosmi.ru Йеменский кризис Спустя более 800 дней операции «Буря решимости», которую возглавляет Королевство Саудовская Аравия (КСА), для возвращения президента Хади, Эр-Рияд не может решить йеменский кризис ни политическим, ни военным путём из-за столкновения интересов некоторых членов коалиции в этой кампании

Война в Сирии-2017: когда возвращаться солдатам

07.01.2017

Страницы: 1 2 3 4

http://svpressa.ru
Сергей Ищенко

Операцию на Ближнем Востоке пора сворачивать, но пока не получается

Продолжаем публикацию прогнозов на 2017 год. Сегодня речь пойдет о перспективах российской боевой операции в Сирии. Как долго она продлится? И будет ли завершена в наступившем году?

Вообще-то спрогнозировать, когда и чем закончится наше участие в этой войне, — дело весьма неблагодарное. Многие пытались это сделать. Ни у кого пока не получилось. Слишком размыты исходные данные. Слишком непредсказуем, коварен, неуловим и могуч противник — международный терроризм. Слишком неясны критерии победы над ним. А ведь именно победу мы и объявили главной целью своей военной кампании на Ближнем Востоке.

Понятно, что с самого начала с плана операции в Сирии в Кремле пытались стряхнуть даже намек на повторение «Афгана». От опасных аналогий с первого дня вступления в войну принялись открещиваться как черт от ладана.

Так, 30 сентября 2015 года, спустя всего несколько дней после того, как в сирийской небе появились первые российские боевые самолеты, президент РФ Владимир Путин заявил, что Москва «не собирается погружаться в этот конфликт с головой». По словам Путина, мы будем воевать в Сирии лишь до тех пор, пока наступательные операции проводит правительственная армия Башара Асада.

Но что значит: «пока продолжаются наступательные операции правительственной армии»? Где продолжаются — под Идлибом? Под Алеппо? Под Дамаском? Или вообще — хотя бы где-либо в этой стране? Хотя бы за отдельно взятую деревню?

Ведь всем очевидно: бои в Сирии не первый год идут с переменным успехом. Армия Асада то бойко наступает по путям, прокладываемым российскими ракетами и бомбами, то легко сдает завоеванные позиции. Как это недавно случилось, скажем, в Пальмире. Если мы в этой стране собираемся быть столько, сколько продлится эта чехарда, то, боюсь, рискуем вообще никогда не покинуть Сирию.

Где тот рейхстаг, знамя над которым будет означать, что мы в этой стране, наконец, победили и можем уходить оттуда с высоко поднятой головой? Никто, включая президента Путина, этого пока не обозначил. И потому перспективы завершения операции на Ближнем Востоке пока скрываются из виду как стены древнего Дамаска в мареве частой в тех краях пыльной бури.

Однако сворачивать российское участие в войне все равно придется. И, судя по всему, очень скоро. К этому подталкивает ряд безжалостных факторов.

Определенно можно утверждать: многое в Сирии с самого начала пошло не так, как представлялось Кремлю в сентябре 2015 года. Исчерпывающе определенно об этом в сентябре 2016 года заявил заместитель главы МИД РФ Михаил Богданов: «Когда начинались наши активные действия и наши ВКС были подключены к борьбе с террористами, мы тогда рассчитывали, что операция продлится несколько месяцев. Сегодня мы отмечаем годовщину, и пока конца этой нашей работы не видно».

Более конкретно о сроках российского участия осенью 2015 года высказался председатель комитета Госдумы по международным делам Алексей Пушков. По словам депутата, боевые действия российской авиации и флота в восточном Средиземноморье завершатся в срок до четырех месяцев. Прошло уже четыре раза по четыре месяца, а конца эпопеи не видно.

Точно так же в сроках окончания операции ошибался, как стало ясно теперь, и официальный Дамаск. Там явно слишком легкомысленно оценивали боевые возможности своей армии, которой, как ни крути, отводится основная роль на поле боя. И полагали, что при энергичной поддержке Воздушно-Космических сил России за год справятся с террористическим интернационалом. Во всяком случае, сирийский посол в Москве Рияд Хаддад в октябре 2015 года заявлял: «Мы не можем конкретно назвать дату окончания операции, но я не считаю, что она продлится больше

Страницы: 1 2 3 4