Публикации

13.07.2017

Карты, деньги, два ствола

http://forum.vashdom.ru Андрей Медведев Победу на будущих президентских выборах в Кыргызстане определят деньги, внешний фактор и административный ресурс. Такой вывод позволяет сделать опрос экспертов, непосредственно вовлеченных в выборный процесс. Причем именно в такой последовательности, по мере убывания степени влияния перечисленных «составляющих


Актуально

30.06.2017

Столкновение интересов Ирана, России, Саудовской Аравии и ОАЭ в Йемене

http://inosmi.ru Йеменский кризис Спустя более 800 дней операции «Буря решимости», которую возглавляет Королевство Саудовская Аравия (КСА), для возвращения президента Хади, Эр-Рияд не может решить йеменский кризис ни политическим, ни военным путём из-за столкновения интересов некоторых членов коалиции в этой кампании

Проблемы восстановления единой Молдавии

19.01.2017

Страницы: 1 2 3 4

http://edingagauz.md
Грек И.Ф.

Проблемы восстановления единой Молдавии
В своих размышлениях я отталкиваюсь от того, что заявляет новый президент Молдовы И. Додон относительно реинтеграции двух берегов Днестра.

В разные периоды своей политической деятельности, находясь в парламентской оппозиции, борясь за президентское кресло и получив лавры победителя, признанные ЦИК и КС, он выдвигал разные предложения по решению Приднестровской проблемы, в том числе и гагаузский вариант, и федерализацию левого и правого берега. В последнем заявлении, сделанное им еще до инаугурации, он выдвинул три принципа объединения Молдовы, включая в них и Приднестровское урегулирование: государственность страны, ее нейтралитет и стратегическое партнерство с Россией.

Его «реинтеграционные метания» можно объяснить тем, что оппозиционный политик может говорить все, что угодно, а политик, добившийся президентского кресла в захваченном государстве, должен соображаться с политическими реалиями и своими конституционными полномочиями.

Но мне представляется, что как президент И. Додон, так и все те в Кишиневе, кто занимается этой проблемой в качестве политика или эксперт (в том числе и я), не понимают всей внутриполитической сложности ее решения, не говоря уже о таковой геополитического характера. Или они игнорируют ее, держа камень за пазухой, именуемый Униря. О ней и хочу высказать свое мнение.

Занимаясь Приднестровским вопросом с 1991 г. (см. мой сборник статей «Есть ли будущее у Республики Молдова. – Кишинев, 2014») я неоднократно подвергал его всестороннему анализу и предлагал свои проекты решения, казавшиеся тогда возможными с точки зрения сохранения молдавской государственности. Но к 2014–2016 гг. внутриполитические реалии на двух берегах Днестра коренным образом изменились.

Сегодня, на мой взгляд, невозможно рассматривать любые сценарии приднестровского урегулирования вне контекста тех негативных наслоений на него, наложенные Кишиневом в правобережной Молдове, которые обусловили здесь политические, правовые, поликультурные и этнопсихологические трансформации, изначально неприемлемые для левого берега Днестра.

Как известно, после 1992 г. унитарный Кишинев относился к урегулированию с Тирасполем как к геополитическому кроссворду, лавры от решения которого должны были достаться только ему одному при содействии Запада. Ему соответствовала своеобразная слагаемых частей (вначале 2 + 3, затем 2 + 5) переговоров, после которых знак равенства никогда не возникал, и не вписывалась сумма слагаемых (решение задачи), поскольку один внешний игрок не переигрывал другого.

Проблема состояла в том, что первое слагаемое (Кишинев и Тирасполь) состояло из двух отрицающих друг друга противоположностей, а во втором слагаемом их было еще больше. Уже одно это само по себе это не могло дать приемлемого решения, направленного на объединение двух берегов Днестра.

Но оставим в сторону геополитический фактор Приднестровского урегулирования, нас интересует внутриполитическая его составляющая.

Необходимо признать, что возникшая еще в 1989 г. проблема левобережной Молдавии могла быть безболезненно решена удовлетворяющим Тирасполя филологическим решением, а в 1990 г. – потребованной им экономической автономией.

Даже после Приднестровской войны марта-июня 1992 г., которая разделила два берега Днестра пролитой кровью невинно погибших душ и искалеченных ею тел участников братоубийственной бойни, проблема объединения могла быть решена легче, чем после 2003 г. А с 2009 г. и особенно после 2012 г., когда правобережная Молдова стала захваченным государством, вообще не было смысла обсуждать проблему объединения страны мирным путем на базе традиционных западных демократических ценностей, если бы не пресловутое «лучше плохие переговоры, чем их отсутствие».

То есть, Кишиневу подходить к вопросу реинтеграции Молдовы довоенными инструментами 1989–1992 гг., означает, по крайней мере, непонимание или абсолютное игнорирование им полностью изменившихся (благодаря ему же!) внутриполитических реалий между двумя берегами Днестра.

Но это лишь одна сторона вопроса. У меня складывается впечатление, что политики Кишинева не могут, не хотят или отвергают необходимость смотреть на Приднестровскую проблему такой, какой она выглядит на 2016 г. А ее надо рассматривать как комплексную

Страницы: 1 2 3 4