«Единая Россия» набрала 54% голосов, одержав четвертую убедительную победу с момента своего создания в 2001 году. Однако, явка избирателей составила всего лишь 47,9%, что является самым низким показателем со времени распада СССР. Другими словами, больше половины населения не пришло на избирательные участки. В Москве и Санкт-Петербурге явка составила, соответственно, 35% и 25%, что указывает на разочарование городского среднего класса вследствие отсутствия реальных возможностей высказать иное мнение и выступить против Путина.

Кроме того, те, кто отправился голосовать, столкнулись с таким избирательным процессом, который, по словам международных наблюдателей, «испытал на себе отрицательное воздействие ввиду урезания основных свобод и политических прав, жесткого контроля над СМИ и усиления контроля над гражданским обществом». И это при том, что условия проведения выборов значительно улучшились по сравнению с 2012 годом, когда обвинения в подтасовке результатов голосования привели к крупным акциям протеста.

Нельзя забывать и о том, что, начиная с 2003 года в Госдуму — обладающую весьма ограниченными полномочиями по сравнению с президентом — помимо «Единой России» проходят еще только три партии, которые без проблем занимают сторону Путина, когда обсуждаемый вопрос как-то связан с национальными интересами. И, наконец, следует помнить о том, что голосование проходило на Крымского полуострове — участке европейской территории, аннексированным Москвой при помощи военной силы вопреки всем нормам международного права.

Учитывая все вышеизложенное, выборы в Госдуму не только стали для Путина каким-либо препятствием, но и позволяют ему усиливать милитаристскую и националистическую риторику, которая постепенно становится его неотъемлемой чертой. Это особенно показательно сейчас, когда, например, малейший намек надежды, возникший в Сирии в связи с прекращением огня, рушится на глазах. Без внутренней оппозиции, способной осуществлять контроль за деятельностью государства, в условиях давления властей на оппозиционные СМИ, Путин разыгрывает карту сильного лидера за рубежом, доводя до невиданного — с момента окончания холодной войны — уровня градус враждебности по отношению к НАТО и некоторым странам, которые находятся под защитой этой организации.