Публикации

13.07.2017

Карты, деньги, два ствола

http://forum.vashdom.ru Андрей Медведев Победу на будущих президентских выборах в Кыргызстане определят деньги, внешний фактор и административный ресурс. Такой вывод позволяет сделать опрос экспертов, непосредственно вовлеченных в выборный процесс. Причем именно в такой последовательности, по мере убывания степени влияния перечисленных «составляющих


Актуально

30.06.2017

Столкновение интересов Ирана, России, Саудовской Аравии и ОАЭ в Йемене

http://inosmi.ru Йеменский кризис Спустя более 800 дней операции «Буря решимости», которую возглавляет Королевство Саудовская Аравия (КСА), для возвращения президента Хади, Эр-Рияд не может решить йеменский кризис ни политическим, ни военным путём из-за столкновения интересов некоторых членов коалиции в этой кампании

Повелитель без подданных

28.05.2016

Страницы: 1 2 3 4

http://kommersant.ru/
Андрей Серенко

Почему смена лидера «Талибана» добавит движению проблем

 

В верхушке афганского «Талибана» — неплановая ротация. На смену погибшему от ударов беспилотников США мулле Ахтару Мохаммаду Мансуру пришел его зам по религиозной части — маулави Хайбатулла Ахундзада. Эксперты предсказывают: вынужденная смена лидера добавит движению противоречий.

На руководящий пост — а он у талибов именуется «амир-ал-муминин» («повелитель правоверных») — шейха Хайбатуллу избрала срочно созванная под пакистанской Кветтой Шура — главная военно-политическая структура «Талибана». Случилось это 23 или 24 мая, то есть буквально через пару дней после гибели прежнего лидера, времени на раздумья у членов совета было по минимуму. Чем объясняется этот выбор? Как-никак маулави (это почетное религиозное звание в исламе, высший толкователь канонов шариата.— «О») на смену полевым командирам приходят нечасто.

Кому мешал мулла Ахтар Мансур?

Мулла Ахтар Мансур много лет возглавлял Военный комитет «Талибана» (он был избран на этот пост после признания смерти знаменитого муллы Омара, который управлял Афганистаном при талибах и был свергнут в ходе операции США в 2002 году.— «О»), и, как говорится, по праву. Он считался одним из самых успешных полевых командиров движения «яростных мулл». Маулави Хайбатулла Ахундзада — другое дело: до сих пор он руководил системой теневых шариатских судов, созданной талибами в афганских провинциях. Это различие в «кредитной истории» двух последних талибских вождей представляется существенным. И вот почему.

Безусловно, религиозный судья пользуется очень сильным авторитетом в традиционном афганском обществе. Однако в актуальной политической иерархии «Талибана» реальная власть все же в руках двух других структур — Военного комитета, управляющего всеми боевыми операциями движения, и Политического комитета, который занимается реализацией как внутренних, так и внешних политических проектов, включая переговоры с заинтересованными международными игроками.

Важным инструментом Политического комитета является официальное представительство «Талибана» в столице Катара — Дохе, созданное несколько лет назад с санкции первого вождя талибов муллы Мохаммада Омара. О важности катарского представительства в политической системе талибов говорит хотя бы то, что офис в Дохе возглавлял мулла Таиб Ага — родственник и, пожалуй, самый близкий человек муллы Омара, выполнявший обязанности его личного секретаря. Важная деталь: именно мулла Таиб около пяти лет назад провел первые переговоры с немецкими и американскими представителями, открыв тем самым «Талибан» для контактов с внешним, прежде всего западным, миром.

Баланс сил между Военным и Политическим комитетами Шуры «Талибана» был разрушен летом 2015 года, когда талибы признали факт гибели муллы Омара и на пост «повелителя правоверных» был избран мулла Ахтар Мансур. Мулла Таиб был вскоре отправлен Мансуром в отставку, а все переговорные интриги катарского офиса поставлены под жесткий контроль «ястребов» из Военного комитета.

Больше того, мулла Ахтар Мансур сделал ставку на усиление боевой активности: он решил воспользоваться выводом основных боевых частей США и НАТО из Афганистана и всерьез рассчитывал на военную победу над официальным Кабулом. Именно поэтому с середины 2015 года афганские провинции захлестнула волна террористических актов, нападений на подразделения армии и полиции, подрывов фугасов на дорогах и смертников в городах.

Афганские силовики, представляющие Кабул, правда, в частных беседах утверждали, что решение о переходе к более агрессивной террористической стратегии принималось муллой Мансуром не в одиночестве, а по подсказке его давних друзей из числа офицеров пакистанской Межведомственной разведки (ISI). Во всяком случае, в июле 2015-го первый вице-президент Афганистана генерал Абдул-Рашид Дустум публично обвинил муллу Мансура в связях с спецслужбами Пакистана, заявив, что в его распоряжении есть доказательства.

Как бы то ни было, за время своего короткого — менее года — руководства «Талибаном» мулла Мансур прославился взятием города Кундуз осенью 2015 года (по слухам, руководили операцией несколько пакистанских старших офицеров, командовавших отрядами талибов из подвала городской больницы, где находились также медики международной организации «Врачи без границ»). И хотя через три дня афганские силовики выбили боевиков из города, рассеяв их по окрестностям, «кундузская

Страницы: 1 2 3 4