Публикации

13.07.2017

Карты, деньги, два ствола

http://forum.vashdom.ru Андрей Медведев Победу на будущих президентских выборах в Кыргызстане определят деньги, внешний фактор и административный ресурс. Такой вывод позволяет сделать опрос экспертов, непосредственно вовлеченных в выборный процесс. Причем именно в такой последовательности, по мере убывания степени влияния перечисленных «составляющих


Актуально

30.06.2017

Столкновение интересов Ирана, России, Саудовской Аравии и ОАЭ в Йемене

http://inosmi.ru Йеменский кризис Спустя более 800 дней операции «Буря решимости», которую возглавляет Королевство Саудовская Аравия (КСА), для возвращения президента Хади, Эр-Рияд не может решить йеменский кризис ни политическим, ни военным путём из-за столкновения интересов некоторых членов коалиции в этой кампании

Право — и только право. О вопиющих правонарушениях, которые упорно не замечают

23.03.2015

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

«Новая газета» опубликовала статью Елены Лукьяновой, призванную доказать, что Россия не имела права присоединять Крым. Статья начинена реверансами в адрес господина Обамы, объявленного «тонким юристом-конституционалистом» современности, и поношениями в адрес российского Конституционного cуда.

Я никогда бы не стал отвечать на статью любого юриста, даже более профессионального и более глубоко погруженного в специфику конституционного права. Но в данном случае речь идет не о статье госпожи Лукьяновой, постоянно стремящейся усидеть на двух стульях — псевдокоммунистическом и псевдолиберальном — и постоянно меняющей свою позицию в соответствии с конъюнктурой.

Речь буквально идет о судьбе России, о ее способности выстоять в нынешней ситуации, не сорваться в очень крупный гражданский эксцесс, к которому ее буквально подталкивают и определенные слои нашего общества, претендующие на элитность и просвещенность, и обслуживающие эти слои юридические двурушники. Готовые бесконечно обсуждать процессуальные тонкости, якобы нарушенные Россией, и не готовые обсуждать чудовищные по грубости нарушения, совершенные другими любезными их сердцу действующими лицами, включая «тонких юристов-конституционалистов».

О судьбе России и зависимости этой судьбы от всего, что связано с правом, я пишу сейчас как гражданин России. Это не политическая а, если хотите, философская и даже экзистенциальная статья, посвященная одной из самых трагических тем российской истории.

Скрепы общества, легитимность власти и право

Столетиями и даже тысячелетиями Россия была скрепляема высшими духовными скрепами, называвшимися по-разному в разные времена. Будучи скреплена этими скрепами, она могла относиться к скрепам правовым с большим или меньшим пренебрежением. Я не буду обсуждать, хорошо это или плохо. Не буду обсуждать и разницу между римским подходом, в рамках которого хитросплетения юридических формул являются системообразующим фактором, и иными подходами, отрицающими такое значение этих хитросплетений.

Я не являюсь безоговорочным поклонником той традиции, которую олицетворяет Древний Рим с его юридической щепетильностью. При том, что эта традиция, конечно же, должна быть названа великой. И должно быть признано, что именно эта традиция построила весь средневековый и современный Запад.
Ведь, отдавая должное римской правовой традиции, нельзя не признать и того, что как Древний Рим, так и его последователи прекрасно сочетали юридическую щепетильность, доходящую до тонкой казуистики, и невероятную жестокость. Причем такую жестокость, которая ошеломляла другие миры, в которых юридическая щепетильность не была укоренена, но которые каким-то способом эту жестокость вводили в определенные берега.

О судьбе России и зависимости этой судьбы от всего, что связано с правом, я пишу сейчас как гражданин России

И если бы Россия продолжала оставаться страной духовно-центрической, то есть делающей ставку на идеологический, а не правовой консенсус, как это было и в православный, и в коммунистический период, то правовая проблематика не имела бы для нее столь судьбоносного характера.

Для меня, посвятившего себя именно этой проблематике и придающего ей решающее значение, право все равно было бы сверхценным. Однако я бы понимал, что такая сверхценность права не тождественна вопросу о том, быть или не быть России вообще.

Но Россия, отвергнув советский идеологический системообразующий принцип, являющийся новой редакцией такого же православно-самодержавного принципа, перестала быть хотя бы «относительно правонезависимой» страной. В отсутствие идеологических скреп единственно возможными скрепами являются скрепы правовые. Если их нет, страна рушится в бездну. И в каком-то смысле сверхценность правовой проблематики как раз и связана с невозможностью скрепить эту общность чем-либо, кроме права.

Этот вопрос стал особенно острым для Запада в период религиозных войн и последующий период перехода западной цивилизации от религиозности к светскости. Как все мы понимаем, речь идет о легитимности.

Французский монарх мог быть легитимен для католиков, потому что римский папа благословил его, и он был помазан в Реймсе. И в условиях такой легитимности правовая легитимность не имела решающего значения. Но для гугенота благословение римского папы и помазание в Реймсе было знаком антилегитимности. И французскому обществу для того, чтобы сохранить единство, надо было делать ставку на что-то иное, нежели духовное единство общества.

Этим иным сначала был абсолютный и все более проблематичный авторитет монарха как высшего суверена. Что это такое, понимают все, изучавшие французский и общеевропейский абсолютизм, высшим

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8